Путешествие Иеро - Страница 99


К оглавлению

99

«Ты нужен нам, моему народу и мне», – подумала Вила-ри, когда он удостоверился, что его отряд мирно спит. Она придвинула свое кресло ближе, ее огромные бездонно-зеленые глаза с золотыми зрачками приблизились к нему. До Иеро донесся слабый приятный аромат (цветов? коры? меда?), ее чуждость стала исчезать и она сделалась просто беззащитной и желанной.

«Что вам нужно от меня?»

Его мысль определенно была грубой, но он старался разрушить колоссальное обаяние ее близости.

Она рассматривала его какое-то мгновение, затем изящным движением встала и, покачивая крутыми бедрами, прошла в дальний конец комнаты.

«Пойдем… я покажу тебе.»

Она откинула высокие деревянные ставни и комнату залил яркий солнечный свет. Вила-ри поманила белой рукой и он подошел, стараясь скрыть восхищение открывшейся перед ним картиной.

Они были на верхушке одного из самых высоких деревьев в лесу. Под ними многие мили простирался зеленый полог из листьев и ветвей и некоторые ветки были так огромны, как нормальные деревья. Та комната, в которой они стояли, отчасти выдавалась из такой ветки, отчасти заходила внутрь ее. Каким образом она была построена, Иеро понятия не имел, но было похоже, что комната была прямо выращена на живом дереве и Вила-ри дала понять, что дереву это ничуть не повредило. Но его привели сюда не для того, чтобы он любовался крышей леса, залитой солнечным светом. Вила-ри протянула руку. Иеро взглянул на восток и увидел ее врага.

Далеко-далеко на востоке, сливаясь с горизонтом, лежала бесплодная пустыня, покрытая только песком и камнем. Остроконечные иззубренные скалы поблескивали на утреннем солнце. Но ближе, между пустыней и лесом, не принадлежащее ни тому, ни другому, отвергнутое и тем, и другим, лежало что-то еще.

Обширное уродливое пятно, мешанина расцветок, составленная из розово-лиловых, тускло-оранжевых, маслянисто-коричневых, болезненно-желтых пятен, как чудовищная язва, вгрызалось в зеленый край мира деревьев. Иеро, не раздумывая, сунул руку в карман на поясе и достал подзорную трубу. Он навел резкость, эта странная область стала ближе и он невольно вздрогнул. Картина действительно была зловещей.

Даже при ярком солнечном свете огромные дождевики и гигантские гроздья поганок выглядели отвратительно. Там росли и другие грибы, они торчали повсюду. Священник видел изуродованные стволы огромных деревьев, каждый дюйм которых был покрыт этими отвратительными организмами. Деревья, очевидно, были мертвы, их истерзанные скелеты служили опорой чудовищно опухшим грибам. На все эти расцветки и формы было больно смотреть. Все росшее там выглядело противоестественно для Природы. Пока он смотрел, чудовищно вздувшийся мешок какого-то дождевика лопнул и миллиарды крошечных спор разлетелись на сотни ярдов.

Он медленно опустил подзорную трубу и повернулся к безмолвной Вила-ри.

«Что я могу поделать? Растительный мир ведет междоусобную войну? Все это и в самом деле выглядит отвратительно, но почему бы вам не попробовать огонь? Разве что вы сами его боитесь? Конечно же, эта грибная чума не кажется неуязвимой.»

«Посмотри еще раз, – донеслась ее мысль. – Может быть, ты увидишь нечто движущееся.»

Он так и сделал и рассматривал тот далекий район, пока не уловил какое-то движение. Наведя на резкость, он снова отыскал то, что двигалось, и охнул.

По голой земле между лесом и растениями-паразитами протекал чудовищный слизняк. У него не было видно ни головы, ни конечностей, но из его мягкой спины произрастали длинные и гибкие колышущиеся органы. Его огромное тело, казалось, было покрыто гнилым черным бархатом, а гибкие выросты оканчивались чем-то мягким, на чем светились гнилостно-оранжевые огоньки. И передвигалось оно не бесцельно. Его целеустремленные быстрые движения говорили о высокоразвитом разуме и воле. На глазах у Иеро оно внезапно остановилась, его длинные псевдоподии или усики затрепетали. Потом вся эта гигантская масса повернулась и скользнула в новом направлении к кусту, растущему на краю пока еще живого леса. Из-под куста выскочило какое-то существо, похожее на большого короткоухого кролика и бросилось со всех ног, спасая свою жизнь. Один из шаров красноватой мерзости легонько коснулся его. Животное конвульсивно прыгнуло и свалилось замертво. Слизняк перелился и закрыл его тело собой. Всего через несколько секунд слизистая мерзость вновь пустилась в путь. Там, где лежало тело животного, не осталось ничего, даже травы, только влажное пятно на голой земле, быстро сохнущее под лучами солнца.

Иеро опустил трубу.

«Много их там?» – мысленно спросил он.

«Очень много, – раздался ответ. – Таких штуковин много и это не единственное оружие Дома.»

В мозгу Иеро возник образ странного объекта, чем-то похожего на своеобразное здание, вылепленное из коричневой, все еще мягкой и влажной грязи. В нем нельзя было заметить ни одной прямой линии и все оно каким-то странным образом казалось четырехугольным, но к тому же ухитрялось потихоньку изменяться в деталях. Оно смутно напоминало прямоугольные соты, вылепленные из мягкой глины, и было достаточно большим, чтобы в нем жило множество людей. Но оно было живым! Или, по крайней мере, оно шевелилось, менялось и по его поверхности временами прокатывалась дрожь.

Если слизняк, которого он только что видел, и был отвратительным, он, по крайней мере, соответствовал основным законам жизни. Но этот предмет или существо был отвратительным неимоверно, отвратительным потому, что был совершенно неестественным и бесчеловечным. Ничего подобного Иеро раньше не видел.

99